Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

синяя

Если бы вы были собакой


это похоже на шарлатанство, но совпадает со мной до последней запятой. чувствую себя героем анекдота, который   вышел за хлебушком и пропал на 5 лет. отзовитесь, живые. хочу писать хотя  бы дыбры
синяя

(no subject)

И СНОВА - ЗДРАВСТВУЙТЕ!

Знакомьтесь - это кошка по имени Мышка.

DSCF0409

Ну и чтобы совсем уж не было сомнений - еще один патрет

DSCF0414

Мышь таращилась на меня круглыми глазами с полочки в переходе метро. Я прошла, но вернулась. Отдавали бесплатно "в добрые руки" ненужный приплод приличные ребята - даже коробочкой-переноской снабдили. Парочка мальчишек лет 10 уже нацелилась забрать ее - последнюю, но выяснилось, что маминого благословения ни у одного нет, так что, надавив на гражданскую сознательность котовладельцев, пришлось мальчиков жестоко разочаровать и животную умыкнуть. Процесс адаптации уже завершен, старшая кошка укрощена, Мышь жрет все что дают с боевым кличем и песнями - буквально, спит, забравшись по мне как по дереву, когда я торчу за компом, на моем плече, уткнувшись мордой в мою же шею. Непривычно.
синяя

Ложка к обеду









В детстве постоянно чего-то хочется – собачку как у Васи, куклу как у Маши, жвачку как у жадины-Светки и прочее такое же немудрящее, но ужжасно завлекательное. И вот ходишь и не то что бы завидуешь – тут мне повезло – не встроена эта функция в мой механизм, но озадачиваешься – вариантов-то получить желаемое всего три.

Во-первых, можно тупо отнять:

– в песочнице это самый распространенный способ перераспределения материальных благ в пользу сильнейшего. Всем хорош способ – и искомое получаешь, и размяться можно. Минус только один – последующая неминуемая выволочка и насильственный отъем матценности с ее возвратом зареванному правообладателю. Потом, конечно, можно получить вторичную сатисфакцию, ответно вздув ябеду-карябеду, но за этим вновь следует ушедрание и попохлопие – на этой карусели можно крутиться бесконечно, некоторые так всю жизнь с нее и не слезают. 

Во-вторых, можно, прищемив хвост  своей гордости, попросить – дружески, но с едва различимой угрозой в деланно равнодушном голосе:

– Дай пожевать/поиграть/поносить/покататься. В нашем детстве это было запросто и не считалось ни позорным, ни отстойным. Но счастье временного обладания какое-то дефективное, ущербное – пожеванное/поношенное/поигранное непременно нужно было самолично возвращать, отдирая от себя с мясом, а не то, нарушив дворовый кодекс чести, рискуешь превратиться в «жилу», которой никто не то что собачий поводок не даст подержать, но и трижды пущенную по кругу, ставшую безвкусной и тряпочной жвачку не доверит.

 Ну и в-третьих, можно попробовать поклянчить у предков. Тогда ведь было не то что нынче – чего дитятко изволишь, на блюдечке с голубой каёмочкой – только по случаю, на день рожденья там или на Новый год – можно вполне безнадежно озвучить затаённое – про собачку или велосипед. Никакой уверенности, что в долгожданный день получишь именно просимое, конечно, не было – скорее всего тебе торжественно врУчат (а может быть вручАт) какие-нибудь страхолюдные шерстяные рейтузы или, в лучшем случае, заячью шапку с дурацкими помпончиками – дарители все больше ориентировались на теплоемкость и износостойкость, а вовсе не на высшую, нематериальную ценность подарка.

 Так я и прожила всю жизнь без лисапеда... После трехколесного злая судьба в лице родителей принялась меня дурить. Лисапед был обещан трижды – весь год я ревностно собирала на него выдаваемую для этого дела мелочь в специальную копилку, как Скупой Рыцарь то и дело трясла ее и пыталась высчитать – много ли набралось – на «Орленок» или уже на целую «Украину» - копилка была цельнокройная и вскрыть ее можно было лишь однажды. И все три раза вероломные предки меня надули – набравшаяся сумма была присовокуплена к отпускным и  бездарно, с моей точки зрения, просажена в тухлой Прибалтике, куда мы неизменно ездили, не взирая на преследовавшую нас мерзкую дождливую погоду, потому как маман не переносила жару.

 После третьего подлого обмана я зареклась что-нибудь просить, освоила чужие лисапеды и жила дальше поживала, забив на недоступные предметы роскоши.

Но тут – накануне 16-летия – меня вдруг впервые спросили напрямую – чего бы мне желалось в этот знаменательный день. Наученная горьким опытом, я особо не заморачивалась и брякнула первое, что пришло в голову, занятую к тому времени совершенно другими материями – часы. К моему изумлению, часы были действительно куплены – кажется я даже их самолично выбирала, потому как был у них пронзительно синий циферблат и блестящий металлический корпус – очень сомнительно, что такое чудо дизайнерской мысли могло очаровать тонкий художественный вкус моей маман.

 Нежданные часы я носила ровно год. А потом, сняв однажды вечером и положив на уже привычное место в вазочку, больше не надела ни разу. И не ношу с тех пор. Никаких.

 

синяя

Дикая собака без намордника. Повесть о первой любви.









     Первая любовь приключилась со мной неприлично рано и застряла на бессовестно долго. Это была единственная моя «несчастная» любовь. Правда я так не считала, потому что хотя предмет и не отвечал мне взаимностью, тем не менее владела я им безраздельно. Звали его Павлик. Ну конечно, это был мальчик! А вы уже небось ждали от меня эзотерических и метафизических опытов, хе-хе.

 

Collapse )



синяя

Бастинда и ее верные друзья








      Около моего окна растет старый тополь. Тополей  было больше, но ураганом 97го повалило три штуки, а этот выжил. Сегодня на ветку у самого окна прилетела ворона - она была одна, и совершенно мне не знакома, но я сразу вспомнила про свою первую кошку.... Фотографий ее не осталось, только плохого качества слайды, но была она примерно такая:



     Collapse )
синяя

А вас насиловала доисторическая летающая ящерица?













     Что-то мои записи все больше становятся похожи на практическое руководство по изничтожению начальства всех мастей и видовой принадлежности. Как будто я всю свою жизнь положила на эту неблагодарную задачу. Но из песни слова не выкинешь - что было, то было. Предыдущие истории повествовали о спортивной борьбе в одиночном разряде, а нынче я расскажу о том, как мне удалось мобилизовать на открытое неповиновение деспоту целый клан собратьев-переводчиков.

     Случилось это все в том же славном городе Усинске, когда вместо кроткого и доброжелательного Тома Оливера, трогательно отправленного на пенсию под наши самодеятельные песнопения, на вакантное место начальника отдела кадров прислали из Канады некую миссис Джоан Пэриш,  ханжески-миссионерская фамилия которой (parish - церовный приход) как нельзя лучше соответствовала ее представлению о собственной просветительской миссии в затерянном варварском краю.

     Collapse )