grymzastar (grymzastar) wrote,
grymzastar
grymzastar

Categories:
  • Mood:

Дикая собака без намордника. Повесть о первой любви.









     Первая любовь приключилась со мной неприлично рано и застряла на бессовестно долго. Это была единственная моя «несчастная» любовь. Правда я так не считала, потому что хотя предмет и не отвечал мне взаимностью, тем не менее владела я им безраздельно. Звали его Павлик. Ну конечно, это был мальчик! А вы уже небось ждали от меня эзотерических и метафизических опытов, хе-хе.

 

     Он был старше – проворнее? – меня недели на две, обитал в доме напротив, и наши мамы синхронно вывозили свои коляски в наш общий двор и швартовали их борт о борт. Я бы могла для пущего драматизма приврать, что полюбила его с рождения, но, будучи прямой и бесхитростной как унтер-офицер, по выражению моей мамахен, признаюсь, что первые колясочно-карапузные годы не помню совершенно. А вот по достижении зрелых 2х лет его почти лысая, но уже слегка блондинистая башка определенно застила мне свет. Нас сослали  в один детский сад, где я ему немножко изменила с другим мальчиком, который храбро меня поцеловал, и от неожиданности был чуть-чуть полюблен, но старая любовь не ржавеет, и мальчик был безжалостно позаброшен, а светлое чувство захватило меня с новой силой и хватало аж 10 лет. А завяли помидоры прямо таки в одночасье, без объявления войны. Но об этом позже.

 

     Фамилие ему было неудачное – Заикин, но для истинной любви нет преград – я нарекла его Павлином, и это, тоже не слишком благозвучное, прозвище закрепилось за ним надолго – аж до тревожного времени вторых настоящих любовей. Мало того, именно благодаря мне он был наверное единственным в мире Заикиным, которого никто, ни разу, даже в горячечном бреду не назвал Заикой – отлично зная ЧТО ему за это будет. Сказать что я дралась – ничего не сказать. Я лупила и колошматила всё, что косо посмотрело на меня и на моего обожаемого Павлина, не взирая на численное, габаритное и возрастное превосходство неприятеля. Я бросалась на обидчика как фокстерьер на медведя. Если мне не хватало роста – била с разбега головой в живот, колотила палкой и швырялась камнями без страха и упрека. Очень скоро наш и прилегающие дворы осознали, что меня нельзя победить – можно только убить, но на такую безусловно спасительную радикальную меру почему-то никто не решился. Настоящих буйных мало(с) – я была такая одна, за что была дразнима длинно и неудобно – «бешеная Аленка без намордника». То есть это они думали, что дразнятся – я же носила свое бесконечное как товарняк  прозвище гордо – как орден.

 

     Кстати любимому тоже от меня доставалось – за малейшее неповиновение он бывал не единожды бит, но любящей рукой и только моей – больше никому я этой привилегии не уступала. Надо признать – был он отчетливо трусоват, и не только не сопротивлялся хозяйскому гневу, но и не вставал плечом к моему раззудевшемуся плечу на защиту нашей совместной чести. Эту маленькую слабость я ему великодушно прощала. Во всем остальном он был для меня безупречен – ангел чистой красоты с голубыми глазами, соломенными волосами и ярко-красным ротом.

 

     Естественно в школу мы пошли одну и ту же – в один класс, каковой и был 1го же сентября громогласно и грозно поставлен перед фактом: «Вот его зовут Павлин, а кто назовет его Заикой, получит от меня в ухо!» По-видимому, и вид мой и голос были достаточно убедительны. Первый раз я призналась ему в любви тогда же – в первом классе – в письменном виде – начертав три сакраментальных слова на снегу за углом дома и предложив предмету ознакомиться. Робкий пИнгвинПавлин, не чувствуя в себе ответной страсти, но и четко зная по опыту, что отвечать придется, а неудовлетворительный ответ чреват, пошел на хитрость – аккуратно заключил каждую буковку в квадратик до полной нечитабельности и, вернувшись из-за угла с бегающими глазами и предательским хихиканьем, заявил, что письмена мои расшифровать не сумел. За что был нехотя, вполсилы побит, а вопрос взаимности отложен. Ненадолго – я еще трижды пугала своего избранника до полуобморочного состояния своими требовательными признаниями, получая в ответ невразумительное блеяние, за которым следовала скорая расправа. Наконец, измученный моей настойчивостью, он  произнес, по-видимому заранее заготовленную и очевидно подсказанную кем-то формулу, что он, дескать, уважает и ценит меня как друга, но более ярких чувств я у него, к великому сожалению, не вызываю. И привычно прикрыл голову руками. За правду справедливая и великодушная я бить его не стала. И жизнь продолжалась в прежнем вполне счастливом для меня формате минус признания.

 

     А потом наступило роковое лето после 5го класса. Было нам по 12 – любовь моя к тому времени была вполне зрелой и снисходительной, не требующей никакой, пес с ней, взаимности, лишь постоянного наличия предмета страсти под рукой и вышколенного послушания. По странному стечению обстоятельств из всех наших друзей-приятелей в Москве остались лишь мы вдвоем и еще один мальчик на год старше, который все время за нами увязывался и жаждал общаться, но категорически нам мне не нравился. Поэтому мы, используя мои шпионские навыки, ловко стряхивали этот раздражающий хвост и таскались по всему городу вдвоем – в основном по киношкам. Тогда все и произошло – мгновенно - так падает нож гильотины.

 

     Эта картинка навсегда отпечаталась у меня на сетчатке – мы едем в метро в очередную киношку, вагон полупустой, но нам не сидится – стоим у дверей. И вдруг со мной что-то происходит – я смотрю на это знакомое, так долго обожаемое лицо на черном фоне – и вижу нечто дикое, невообразимое – голову, даже не яйце-, а огуречнообразной формы, поросшую слипшимися патлами цвета гнилой прошлогодней соломы, в ужасе опускаю взгляд и натыкаюсь на круглые, глупые голубые как яйца дрозда зенки, хлопающие коровьими ресницами. Маленький кроваво-красный ротик извивается отвратительной пиявкой на ярко-желтом лице, разнообразно украшенном столь же ярко-алыми прыщами и издает какие-то участливые звуки. В голове моей черной молнией проносится: «Оссподи, какой урод!» Поезд останавливается, двери с шипением расползаются, и я – легкая и свободная - выпрыгиваю на платформу,  не оборачиваясь и не слушая недоуменных воплей. Наверное, он был все же рад.



Tags: брачные игры, занимательная психология, побасенки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 243 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →